Отрывок из рассказа "Там, где звезды"

Просмотров: 154

Из цикла рассказов "Мистические истории доктора Краузе".
История девятая

Мюнхенская площадь Плацль была запружена туристами и местными жителями. Праздничная иллюминация и выпавший ночью снег усиливали атмосферу рождественских каникул. Краузе всматривался в жизнерадостные лица и думал, что, наверное, он единственный, кто сейчас идет по площади с неизменной маской скорби. Прогулочным шагом они с Майером подходили к знаменитому пивному ресторану «Хофбройхаус», который занимал почти всю восточную половину площади.

Профессор не был так быстр и словоохотлив, как прежде. Последствия повторного микроинсульта были более ощутимы, он перестал преподавать, но из профессии не ушел, активно консультировал и продолжал публиковать статьи по гипнологии, правда сам не записывал — правая рука то и дело немела — освоил диктофон.

Парадный и самый большой зал с овальным потолком, украшенным фресками баварских гербов и флагами округов, был переполнен. Оркестр играл гимн «В Мюнхене стоит Хофбройхаус». Рядом со сценой столпились туристы и фотографировали панораму ресторана. Профессор подвел Эриха к зарезервированному столу с табличкой «Hier sitzen immer die, die immer hier sitzen», дословный перевод которой гласил: «Здесь всегда сидят те, кто всегда здесь сидит».

— Это стол нашей штаммтиш[1] группы. В ней только врачи, есть два психиатра и один гипнолог. Мы собираемся раз в три месяца и обязательно всем составом в последнее воскресенье года. Мне пить нельзя, я просто пообщаюсь, а ты не сдерживайся, выпей за меня и себя.

Эрих ответил немецкой пословицей:

— Слишком много — вредно для здоровья.

В полном составе группа собралась через десять минут. Всего Краузе насчитал восемнадцать человек. Троих психотерапевтов он знал заочно по симпозиумам и статьям в журналах по психиатрии. Друзей приветствовали бурно и громко, стараясь перекричать оркестр. Последним пришел гипнолог Отто Браун, ученик Майера, он и нужен был Краузе. До Майера дошли слухи, что кто-то настойчиво расспрашивал Брауна о его московском ученике.

Вечер начался с обмена профессиональными и личными новостями. Кто-то защитил диссертацию, кто-то возглавил клинику. У кого-то родился ребенок, у кого-то внук. Краснощекий Мюллер, отоларинголог преклонных лет, в пятый раз женился и хвастался перед друзьями молодой красавицей-женой. Взглянув на снимок крашенной блондинки, Краузе сдержано улыбнулся, скрывая истинное мнение, но встретившись взглядом с Майером, скривившимся в смешной гримасе, не выдержал и прыснул. Хорошо, что в этот момент Мюллер от них отвернулся, рассказывая дальней части стола где провел медовый месяц.

Встреча группы была в разгаре, когда к Краузе подсел сильно захмелевший Браун и спросил:

— Это же у вас убили жену?

От грубой неучтивости Эрих вытаращился на гипнолога и потерял дар речи. Майер почуял неладное и пересел к ним ближе.

— Извините, я не отличаюсь дипломатичностью, за это коллеги прозвали меня Дубом. Я не хотел ранить ваши чувства, просто мне нужно вам кое-что передать.

Отто полез в карман пиджака и протянул визитку. Эрих прочитал:

Оделия Ульбрихт — консультант по налоговому праву

— Она просила, если я вас когда-нибудь встречу, передать ее визитку. Сказала, что у нее есть информация, которая вас заинтересует. Это касается убийства вашей жены. Я сказал, что вроде слышал, что убийцу схватили, но она все равно настоятельно просила вас ей позвонить.

— А с чего она решила, что ты его знаешь? — спросил Майер Брауна.

— Она просила передать визитку вам, профессор. Но у вас был повторный инсульт, и я не решился, а когда Людвиг — он показал на тучного психиатра — сказал, что ваш московский ученик будет на сегодняшней встрече, я вспомнил про визитку.

— Когда это было? — поинтересовался Эрих.

— Сразу после ареста Рихтера.

— Ты знал Рихтера? — спросил Майер, растирая онемевшую руку.

— Немного. Мы вместе работали над одним случаем. Мальчик восемь лет. Последствия автокатастрофы, в которой погибли его родители. Рихтер был сильным психиатром. Дети сразу шли с ним на контакт. Но это было еще до ухода его жены.

— Ты не знаешь, с кем он общался в последние годы?

Браун помотал головой.

— Ни с кем. Он стал затворником и алкоголиком. Заливал горе шнапсом. Для нас было полной неожиданностью, что он оказался в итальянском отеле с певичкой. Говорят, она была не дурна собой. Очевидно, девчонка совсем отчаялась, раз скатилась на такой уровень и запала на Рихтера.

Все это никак не вязалось с Астой — рыжеволосой талантливой красавицей с идеальной фигурой — и Эрих спросил:

— Вы были на его похоронах?

— Да. Говорил с его бывшей. Она тоже была в шоке. Винила себя. Полагала, что ее отъезд спровоцировал психоз.

Брауна окликнул коллега и спросил на счет пациента, которого он к нему направил. Между ними завязалась беседа, а когда Браун снова повернулся, Краузе спрятал визитку в портмоне и сказал:

— Спасибо, я позвоню ей завтра.

Группа за соседним столом, взявшись за руки, раскачивалась и пела, не поспевая за оркестром. Пьяный мужчина в традиционной баварской одежде, стоя посреди зала, пытался отстукивать ритм двумя ложками. В зал вошли футбольные фанаты и заняли последний зарезервированный стол. Шум нарастал. Два официанта поставили на стол очередную порцию кружек с пенным напитком. Поклявшиеся Гиппократу перекрикивали друг друга и духовой оркестр, под который теперь отплясывали три пожилые пары, а еще человек двадцать сомкнулись вокруг них и снимали на мобильные телефоны.

Хоть Эрих планировал выпить не больше двух кружек, но пиво было отличным, к концу вечера он перепробовал все сорта и охмелел. Разговор он почти не поддерживал. Пока Майер делал прогноз работы Европарламента, куда прошел его зять в мае этого года от Христианско-демократического союза, Эрих скользил унылым взглядом по залу и гадал, зачем он понадобился какому-то налоговому консультанту.

***

От площади до квартиры Майера было пять кварталов, и коллеги решили идти пешком. Перебравший с пивом и едой Краузе был несказанно рад пешей прогулке. Надев перчатки, он шагнул на мостовую и поднял воротник дубленки. Майер устал от общения и громкой музыки, почти не говорил и о чем-то с озабоченностью размышлял. Краузе не стал его расспрашивать на счет завтрашнего сеанса, оба по этому поводу чувствовали волнение. В Москву Эрих планировал вылететь восьмого января, времени для разбора его прошлой реинкарнации он отвел предостаточно.

Проводив Майера, гипнолог направился в отель, расположенный на берегу реки Изар, недалеко от Английского сада. Он знал, что его телохранитель держит дистанцию, стараясь не привлекать к себе внимания. По возвращении в Москву, Эрих планировал отказаться от его услуг, но пока он не заглянул в прошлую жизнь и не оценил риски, решил Сергея придержать. Жил он этажом ниже, в обычном номере. Если Краузе не выходил из отеля целый день, Сергей занимал пункт наблюдения в лобби так, чтобы был виден номер нанимателя.

После душа Эрих лег на кровать и решил просмотреть материал, собранный для новой книги — «Самые необычные воплощения моих пациентов». Откинул крышку ноутбука и просмотрел папки с историями, выбирая с кого начать повествование. Среди отобранных пациентов особняком покоилась папка «Дария». Краузе никак не мог решить: описывать ее случай в этой книге или оставить для следующей. В голове навязчиво крутилось ее пророчество. Как же он хотел стереть эти слова из своей памяти, был даже соблазн попросить это сделать Майера под гипнозом.

От работы его отвлек звонок Крюкова. Детектив доложил, что установил личность пациента Дубровой, которого Эрих видел перед последним приемом. Он назвал фамилию, но Эриху она ничего не говорила.

— Предприниматель в табачном бизнесе. Сейчас прячется от партнера и следственного комитета. Дележка компании переросла в обоюдное стукачество. В итоге оба пострадали. Он женат, трое детей. Я немного навел о нем справки. Это точно не наш убийца. Делает грубые ошибки, абсолютно нетерпелив. Ходит к Дубровой с момента начала следствия, когда его напарник стуканул на него в надежде оттяпать весь бизнес, но не получилось. Как я уже сказал, погорели оба.

В памяти вновь всплыл облик выходящего мужчины из офиса Дубровой и Эриха осенило:

— А это случайно не те два клоуна, что орали друг на друга на ток-шоу?

— Те самые.

Эрих шлепнул себя по лбу и мысленно упрекнул за забывчивость. Как-то вечером, чтобы хоть как-то отвлечь себя от печальных мыслей о жене, он щелкал на пульте каналы и остановился на программе, в которой два бизнесмена обвиняли друг друга во всех грехах, а ведущий смаковал каждый факт из их жизни так, будто это дело должно перевернуть судьбы всех живущих на земле.

— Снимаем эту версию с разработки. Что докладывают из моей приемной?

— Никаких подозрительных лиц и доставок. Но есть подвижки в другом направлении. Я нашел того, кто похитил форму со склада курьерской компании. Это Жуков Артем. Ему позвонили на мобильник, спросили хочет ли он подзаработать, тот согласился. Ему дали схему помещений и код доступа. Предупредили, что работу нужно сделать в определенный день и час. Жукову сказали куда принести форму и оставили конверт с оплатой.

— Сколько сложностей…

— И это не единственное, что его попросили сделать.

— Что еще? — напрягся Краузе.

— Вторая посылка была доставлена в бизнес-центр «Барклай Плаза».

— Название ничего мне не говорит. Я там ни разу не был.

— У кого-то из ваших знакомых есть там офис?

— Нет, но по приезду я обзвоню всех и уточню действующие адреса, а пока неплохо бы вооружиться примерным списком компаний в этом бизнес-центре.

— Сделаю.

В трубке послышался детский голос. Михаил объяснил ребенку, что он скоро освободится и прикрыл дверь.

— Он не помнит, кому доставлял посылку? — спросил Эрих, когда Крюков вернулся к разговору.

— Жуков запомнил только название бизнес-центра и что получатель была женщина.

— То есть не организация, а частное лицо?

— Был указан номер офиса и фамилия.

— Скорее всего, арендатор, — предположил Краузе.

— Я тоже так подумал. Завтра подскочу и прозондирую почву.

Почувствовав сухость во рту, Эрих подошел к бару, налил минеральной воды и залпом выпил. Когда он поставил стакан на стол, в памяти промелькнуло лицо мужчины, которого Эрих мельком видел в пивном ресторане, но не обратил на него внимания, а теперь его осенило. Он открыл электронный блокнот и отыскал свои заметки, сделанные в дни поиска Рихтера.

— Михаил, вот что странно, может, конечно, совпадение, но…

— В нашем деле все совпадения нужно тщательно проверять.

— Сегодня в ресторане «Хофбройхаус» я видел Гантера Берга.

— Кого?

— Баварца, который сопровождал мать Асты. Помните его?

— Что-то припоминаю.

Эрих подробно описал встречу с Бергом в отеле.

— А потом он сопровождал ее в полицию, когда арестовали Рихтера.

— Я видел его только мельком, — вспомнил детектив.

— Комплекцией мы с Бергом похожи. Возможно, это его внешность описала Анна. Он именно такой: высокий, элегантный, приятный. Помню, когда он вошел, все женщины обратили на него внимание. Голос певучий, с виду дамский угодник, но было в нем что-то несоответствующее. Постараюсь завтра собраться с мыслями и проанализировать увиденное в вестибюле отеля. За ужином я изрядно выпил и мысли путаются.

— Он к вам подходил сегодня?

— Нет, он меня не видел.

— Он был один?

— Берг шел за футбольными болельщиками, казалось, он с ними, но… — Эрих потер подбородок, — на нем не было никакой спортивной атрибутики. На остальной компании были фан-шапки, шарфы, некоторые накинули на плечи флаг футбольного клуба. А на нем был серый костюм-тройка, коричневое кашемировое пальто и бежевый шарф. Не исключено, что он был один или искал кого-то.

— Если он не смотрел в вашу сторону, это не значит, что не узнал.

— Не значит...

— Он мог намеренно попасться вам на глаза.

— Зачем так рисковать?

— Наблюдение закончилось. В ближайшее время он вступит с вами в контакт. Захочет подружиться и из тыла смотреть, как вы мучаетесь в догадках и реагируете на его действия.

Эрих нервно сглотнул. Такая перспектива его пугала. Что за зловещую игру затеял его противник? Скоро он все узнает. Возможно, регрессия поможет ему понять мотивацию убийцы.

— Жду вашего доклада по бизнес-центру.

— Когда вы вернетесь?

— Восьмого.

— К тому моменту вы уже определитесь с расследованием? Мне нужно рассчитать свою занятость. Ожидается пополнение в семье.

— Поздравляю, искренне за вас рад.

— Спасибо, — смущенно отозвался Михаил.

— Позвоню вам после новогодних каникул и озвучу свое решение.

***

К приходу Майера Эрих успел позавтракать, решить рабочие вопросы и прогуляться в Английском саду, где досконально восстановил в памяти встречу с Бергом. Позвонил Крюкову и сказал, что Берг, завидев его в холле отеля «Byblos», встал как вкопанный и на мгновение выпал из реальности. Он явно его узнал.

Затем Краузе позвонил Оделии, но женщина не ответила на звонок. Тогда он оставил ей голосовое сообщение и выслал свои контакты на электронную почту.

Для сеанса выбрали гостиную, где напротив камина располагались два кресла. Майер сказал, что Эрих может сидеть во время сеанса, если ему так будет удобнее. Краузе установил камеру и вручил пульт профессору. Чувства были двоякие. Страх перед неизведанным охлаждал разыгравшееся любопытство.

Майер сел в кресло, отер платком лоб и надел очки.

— План таков: сначала ты пройдешь сеанс прошлой регрессии по моей методике. Сразу после сеанса я уйду. Мы не будем ничего обсуждать. В следующие сутки мы проанализируем увиденное тобою и составим перечень вопросов, которые ты хочешь выяснить. На втором сеансе я погружу твое подсознательное информационное поле в информационную матрицу и задам эти вопросы.

Вторая часть плана Эриху не понравилась. Он не практиковал эту методику из-за ложных данных, которые часто получали пациенты.

— Какова эффективность этой методики?

— Пятьдесят на пятьдесят. Но ты сам решишь, стоит доверять полученной информации или нет.

— На счет матрицы я еще подумаю.

— Не упускай возможность посетить этот канал. Для тебя, как для гипнолога, важны эксперименты, естественно, под моим контролем. Я верну тебя назад, как только ты почувствуешь дискомфорт или что-то пойдет не так.

Краузе расположился в кресле, положил руки на колени и закрыл глаза. Задышал глубоко и размеренно. Успокоившись, он дал знак Майеру начать. Профессор ввел его в гипноз и дал команду:

— Эрих, ты стоишь в коридоре со множеством деверей. Ты слышишь мой голос и выполняешь все мои команды. Ты спокоен и наблюдателен. Фиксируешь все, что видишь и рассказываешь мне.

Под гипнозом Эрих увидел белоснежную колоннаду, залитую светом. Он осторожно ступал по мраморному полу и слушал эхо собственных шагов. Между колоннами располагались ни к чему не прикрепленные белые двери. Они будто висели в воздухе, но Эрих знал, что хлипкие снаружи конструкции надежно защищают доступ к его прошлым воплощениям.

— За каждой дверью скрыто одно твое воплощение. Найди то, что предшествовало рождению Эриха Краузе и открой дверь.

Эрих огляделся, ища нужную дверь. Их было так много, что он растерялся. Все белые, все в подвесе. Какая же ему нужна? Вдруг он увидел, как одна дверь окрасилась голубым сиянием. Он открыл ее и оказался в темноте. Страх окутал тело и не давал сделать решающий шаг.

— Эрих, перенесись в первый важный день предыдущей жизни.

Темнота рассеялась. Эрих увидел себя сидящим в аудитории.

— Скажи, кто ты? Мужчина или женщина?

Эрих осматривает себя, видит мужские руки, на нем белая рубашка, брюки свободного покроя и часы с цепочкой в кармане жилета.

— Я мужчина.

— Скажи, как тебя зовут?

— Франц.

— А фамилия?

— Герц.

— Какой сейчас год?

— 1940-й.

— Время года?

— Весна.

— Что ты сейчас делаешь?

— Сижу на лекции. Сегодня изучаем методы Фрейда.

Голос Эриха звучал робко и тихо. На лбу выступила испарина. Майер хотел отереть лоб, но решил не дотрагиваться до ученика, чтобы не сбить воспоминания.

— Вы студент-медик?

— Университет. Третий курс.

— В каком городе вы живете?

— В Кёльне.

— У Франца есть недруги? Его кто-нибудь притесняет?

— Я поссорился с Гансом.

— Из-за чего?

—  Еще четыре года назад он обещал мне достать пропуск на Олимпийские игры, и теперь отдал его Ханне. Когда я узнал, врезал ему хорошенько. Нельзя предавать друга!

— Где сейчас Ганс?

— На строительстве автобана. Больше он мне не друг.

— Ты так его и не простил?

Эрих поджал губы и сказал:

— Он мне не друг. Теперь он с Ханной.

— Ханна его девушка?

— Она была и моим другом. Даже больше. Она мне нравилась, но эта дурочка предпочла неуклюжего Ганса. Хм. Ну что ж, посмотрим на их детишек — толстых как Ганс и тупых как Ханна.

Майер снял очки, вынул фетровую салфетку из очечника и тщательно протер стекла. Все это время он поглядывал на ученика, на котором застыла маска обиды и брезгливости.

— Что важного происходит в этот день?

После лекций Франц провожает однокурсницу домой. Они оживленно обсуждают преподавателей и смеются. Неожиданно Франц хватает девушку за руку и затаскивает в переулок. Со страстью целует в губы и говорит о своей любви. Ее задор тут же улетучивается, она пылает от смущения, но не отталкивает сокурсника, ей понравился поцелуй, и она ждет продолжения.

— Я признался Гретхен в любви. Она в сто раз красивее Ханны. Ганс обзавидуется.

— Кто такая Гретхен?

— Мы учимся вместе.

— Эрих, перенесись в следующее важное событие в жизни Франца.

Студент, сидя на широком подоконнике, просматривает конспекты, готовится к завтрашней сессии. Движение в окне противоположного дома заставляет его поднять глаза. Длинноногая брюнетка со стройным гибким телом одернула занавеску, разделась и легка на кровать. Из рук Франца выпал конспект. Уже три дня он усиленно готовился к сессии, соседка заскучала.

— Скажи, что происходит с Францем?

Студент принимает душ, натираясь лавандовым мылом, которое ему накануне вручила Зелда. Наскоро обтирается, одевает чистую рубашку и брюки. Забегает в соседний дом через боковую дверь, которой пользуется прислуга. Раз Зелда подала знак, значит, отослала экономку в бакалею, а повариху на рынок.

— Я бегу к Зелде.

— Кто такая Зелда?

— Живет в доме напротив. Жена генерала. Сейчас он на Восточном фронте.

— Какие у тебя с ней отношения?

— Мы любовники.

— А как же Гретхен?

— Она вступила в Союз немецких девушек. Мы больше не видимся.

Майер знал, что Союз немецких девушек — это женский аналог Гитлерюгенда. В него входили девушки от четырнадцати до восемнадцати лет.

— Ты больше ее не любишь?

Эрих сморщился и тяжело вздохнул.

— Люблю. Но ей больше об этом не говорю.

— Почему?

— Она меня отвергла.

Майер подметил, что уже вторая девушка отвергает Франца.

— Она объяснила причину?

— Нет, просто перестала общаться. Бежит от меня, как от шаровой молнии.

Эрих сжал кулаки.

— Ты переживал?

— Конечно! — губы задрожали, Эрих боролся со слезами.

— Поэтому ты увлекся Зелдой, чтобы было не так больно?

— Она говорит, что я красивый и нежный, что мы созданы друг для друга.

— А что ты думаешь по этому поводу?

— Зелда хороша в постели. Ее муж на фронте. Ей одиноко, а я всегда рядом.

— Ты любишь ее?

— Нет! Зачем мне это? — вскипел Эрих. — Я просто хочу секса.

— Чем этот день важен? — перевел тему профессор.

Эрих видит, как Франц и Зелда занимаются любовью. С уст юноши чуть не слетает имя возлюбленной, и он себя укоряет, боится, что Зелда узнает о его чувствах к другой девушке. До окончания университета он не хочет ничего менять в своей жизни.

К парадному подъезду подъехал автомобиль. Раздается два гудка клаксона. Это знак, который дает водитель, когда подвозит генерала к дому. Зелда в ужасе вскакивает, она не ждала мужа. На лестнице слышны тяжелые шаги. Она просит Франца укрыться. Тот прячется за массивную штору.

— Вернулся муж Зелды. Мы ждали его только на следующей неделе.

Генерал ведет себя так, будто точно знает, что супруга в спальне не одна. Игнорирует щебетание Зелды и с перекошенным от злобы лицом ищет ее любовника. Открывает шкаф, выбрасывает оттуда все вещи. Заглядывает под кровать. Опрокидывает ширму. Добирается до штор и обнаруживает перепуганного и готового грохнуться в обморок юношу. Лицо раскраснелось от стыда. Он прикрывает наготу своей одеждой.

— Он узнал о вашей связи? — спросил профессор.

— Да. Кто-то из слуг предал Зелду. Генерал нашел меня за шторой. В его руке хлыст.

Рогоносец нанес несколько ударов по телу юноши. Францу удалось извернуться и убежать через черный ход.

— Чем обернулась эта ситуация для Франца? Перенеситесь в кульминационный день.

Несколько месяцев Франц отсиживался в квартире бабушки, но начался учебный год и ему нужно вернуться к учебе. Он идет в университет, но ему объявляют, что он отчислен за неподобающее поведение.

— Меня выгнали из университета! — в гневе закричал Эрих.

Франц видит Гретхен, хочет с ней поговорить, но она окидывает его уничтожающим взглядом и входит с подругой в аудиторию. Обида перерастает в отчаяние. Почему она его так ненавидит?

— Что вы чувствуете по этому поводу?

— Злость! — выпалил Эрих, лицо покраснело, на лбу вздулась и запульсировала вена.

— На кого вы злитесь?

— На Зелду! Меня отчислили из-за нашей связи. Как она могла такое допустить? Она ведь знала, что желание стать врачом для меня самое важное в жизни. Почему она позволила своему мужу пойти в университет?

— А где сейчас Зелда?

— У себя дома.

— Она все еще замужем?

— Конечно! Муж никогда ее не бросит. Но ее любовников гоняет.

— Вы у нее не один?

— До меня были еще двое. А после не знаю. Я съехал со съемной квартиры и живу у матери отца.

— Почему вы перенеслись в этот день?

— Сегодня по радио передали, что вермахт во имя мира и величия Германии вынужден начать войну против жидо-большевиков. Я рассудил, что уехать на фронт — самое лучшее решение!

Майер вспомнил рассказы Эриха о пацифистских взглядах предыдущей инкарнации и спросил:

— Почему вы приняли такое решение? Вы хотите воевать?

— Нет, не хочу. Я презираю войну. Но я должен уехать. Стать кем-то, кого полюбит Гретхен. Она гордится, что ее отец и братья ушли на восточный фронт. Я постараюсь примкнуть к полевому госпиталю. Врачом я не могу быть, но медбратом вполне справлюсь.

— Почему для вас так важно мнение Гретхен? Вы же расстались.

— Я все еще ее люблю…

Губы Эриха дрогнули, по щеке скатилась слеза.

— У вас есть враги, кроме Ганса?

— Ганс мне не враг, я простил его. Было глупо на него злится. Он любит Ханну. Так же, как и она его. Мне ли не знать, что такое любовь. Ты на все готов ради ее улыбки.

— А мужа Зелды вы можете назвать врагом?

— С большой натяжкой. Я сам виноват, не вылезал из постели его жены. Так мне и надо. За свои поступки нужно нести ответственность. Я же мужчина, а не тряпка! — воодушевленно вскликнул Эрих.

— Перенеситесь в следующий важный день жизни Франца.

Франц стоит в операционной. В отдалении слышны взрывы. По сводкам он знал, что немецкая армия ведет успешное наступление и взяла Витебск. Русские не боятся смерти и бьются до последнего. Он слышал от раненных солдат, что русские солдаты стойкие в бою. Все уже понимают, что захват СССР не будет таким простым, как захват Европы.

В госпитале самые сложные ранения достаются хирургу Герберту. Франц попросился в его команду, чтобы учиться оперировать. В операционной гаснет свет, хирург приказывает Францу взять техника и проверить дизельные генераторы.

Не успевает Франц выйти из операционного блока, как получает удар по голове. Очнулся в лесу. Над ним стоят русские с автоматами.

— Меня взяли в плен. Похитили прямо под носом вооруженной охраны.

— Где?

— В Белоруссии. В полевом госпитале.

Майер понял, что развязка близко: Эрих не раз упоминал, что Франц погиб в Белоруссии.

— Почему вас похитили?

Францу в лицо тычут автоматами и приказывают встать. Ведут в землянку, где лежит раненный офицер. На ломанном немецком от него требуют провести операцию. Он говорит, что не врач, а медбрат и не умеет оперировать. Но все же осматривает рану и видит брюшное пулевое ранение. Говорит, что пуля прошла навылет. Медикаментов и перевязочного материала почти нет, а то что есть не хватит даже до утра. Он предлагает не трогать офицера и дать ему спокойно умереть, за что получает прикладом по голове и снова отключается.

— Ранили их командира. Хотят, чтобы я прооперировал, но он уже не жилец — внутреннее кровотечение, большая кровопотеря. Эта вооруженная группа называет себя партизанами. Они не профессиональные военные, недавно мобилизованные миряне. Попали в окружение и пробиваются к своим.

— Это последний день жизни Франца?

— Нет.

Пленника бросают в подтопленную землянку, похожую на нору. В сырости и темноте он сидит до утра. Через щели в двери из наспех сколоченных досок он видит, как утром выносят мертвого офицера и хоронят. Приходит осознание, что живым его держать не будут. В этих условиях лишний рот им ни к чему.

Франц наблюдает за партизанами. Подмечает как они обмениваются условными сигналами, имитируют трель птиц.

— Я просидел в норе три дня без воды и еды.

— Как вы умерли?

На рассвете началась бомбежка. Франца оглушил взрыв. Землянку завалило землей и деревьями. Когда все стихло, он слышит стоны с трех сторон и понимает, что помочь ему никто не сможет, а самому ему не выбраться и плачет.

Майер услышал всхлипы и померил Эриху пульс, затем повторил свой вопрос. Эрих описал взрыв и сколько часов он в общей сложности просидел в землянке. Скончался на рассвете следующего дня. Ночь ушла и забрала его с собой.

— Кого Франц винил в своей смерти?

— Только себя. Он поддался романтическому порыву, хотел вернуться с войны героем, которого полюбит Гретхен.

Эрих помотал головой, несколько слезинок сорвались с щек и упали ему на руки. Голова опустилась так низко, что подбородок коснулся груди.

Майер решил, что это исчерпывающая картина и вывел Эриха из гипноза.

Как и обещал, после сеанса профессор ушел, ни проронив ни слова, и Эрих был ему за это бесконечно благодарен. Ему хотелось побыть наедине, осмыслить увиденное и проанализировать ошибки.

Удивительно, Майер не раз давал Эриху советы, как лучше заканчивать сеанс, исходя из эмоциональной подавленности пациента, но любимый ученик все равно действовал по своему усмотрению, пока сам не побывал в шкуре гипнотизируемого. Сейчас Эриху было стыдно за собственное упрямство. Находясь на месте гипнолога, ему хотелось получить от пациента как можно больше информации об увиденном под гипнозом, и что скрывать, он надеялся обойтись без следующего сеанса, расчистив место для пациента из листа ожидания. До смерти жены Эрих был на пике популярности. Чтобы попасть к нему на сеанс пациенты записывались за три месяца.

***

После сеанса гипноза Краузе не шевелясь просидел в кресле до темноты. Перед ним вновь пронеслись основные события из жизни Франца. Хоть он не отождествлял себя с этим юношей, прекрасно понимал, что это другая личность, все равно испытывал невероятную близость и причастность, будто ответственен за его наследие.

Были еще две безуспешные попытки дозвониться до налогового консультанта. Недоступность Ульбрихт Эрих воспринял как издевку, но осекся. А с чего он взял, что эта женщина вообще существует? Возможно, Браун намеренно дал ему липовую визитку забавы ради. Сам Майер говорил, что у его ученика странные замашки и топорное чувство юмора. К тому же Браун всегда ревновал Майера к другим ученикам. Считал, что только он по-настоящему продолжает его дело, точно копируя методы профессора.

В Московской школе гипноза был последний рабочий день, ассистенты забросали его оповещениями о присланных подарках и поздравлениях. Семья Эдуарда Филипповича прислала ему настольный набор для руководителя. Марика не удержалась, вскрыла коробку и расставила в кабинете шефа все принадлежности.

Эриха сморил сон. Ему приснилось, что он попал в информационную матрицу. По обе стороны от него на черном фоне поблескивал отчетливый контур информационных блоков, похожих на небоскребы. Он знал, что в каждом блоке содержится информация о его прошлой реинкарнации. В этой бесконечности пришло ощущение, что в жизни он многое усложняет, пытается соответствовать высоким стандартам, а на деле теряет время, которое мог бы потратить с большей пользой, например, для саморазвития.

Обходя информационные высотки, Эрих почувствовал родную энергию. Елена! Он не видел ее, но ощущал вокруг, будто она окутала его как одеяло.

— Не горюй, — услышал он ее раскатистый голос, — когда настанет время я приду за тобой. Живи как ветер: неуловимо и неистово. Я буду жать тебя там, где звезды. Ничего не кончается, Эрих, ничто не умирает.

 

[1] Штаммтиш (нем.) — стол в ресторане, за которым собирается группа людей, объединенных общим увлечением, чтобы провести вместе время.

 

Рассказы вы можете скачать на Литрес и Озон

https://www.litres.ru/serii-knig/misticheskie-istorii-doktora-krauze/

Все книги на ЛитРес

https://www.litres.ru/inessa-rafailovna-davydova/


Следите за моими новостями в социальных сетях:
https://www.facebook.com/inessa.davydoff

https://twitter.com/Dinessa1

https://ok.ru/group53106623119470

https://vk.com/club135779566

https://www.instagram.com/inessadavydoff/