Проза за чашкой кофе

Просмотров: 306

Сегодня в рубрике "Проза за чашкой кофе" отрывок из рассказа "Призрачный брак" из серии "Мистические истории доктора Краузе"

Николь откинула с плеч длинные локоны и нервно поправила ворот белой блузы. Судя по всему, она наконец-то решилась сообщить причину, по которой обратилась к гипнологу. Он закинул ногу на ногу и приготовился к обстоятельному разговору.

— Эрих, мне нужно разобраться с проблемой, которую я не могу привнести в свою семейную жизнь.

— Что за проблема?

— Как и папа, Гектор работает в банковском секторе, но у него есть хобби: фотография. Он любит путешествовать и фотографировать все что видит, потом монтирует ролики, обрабатывает снимки и публикует их в журналах. У него даже была выставка. Я живу на две страны, поэтому успешно обхожу эту тему, но как ты понимаешь, после свадьбы — это будет невозможно.

— Он что, заставляет тебя фотографировать?

— Нет, он хочет фотографировать меня.

— Отлично. А в чем проблема?

— В том, что я до дрожи боюсь фотографироваться и все что с этим связано. Под фобию попадают фотокамеры, вспышки, штативы, фотопленка.

Эрих вспомнил ее реакцию на групповое фото во время совместного отпуска двух семейств. Николь убегала каждый раз, когда видела в чьих-то руках фотоаппарат.

— Когда это началось?

— Еще в детстве. Твой отец лечил меня. На какое-то время проблема отступила, но со смертью матери вернулась в более тяжелой форме.

При упоминании отца, Эрих сжал кулаки. Он знал истинную причину сеансов психоанализа старшей сестры Николь и подозревал, что младшую постигла та же участь. Эрих тогда был студентом, отец пытался приобщить его к своей практике, чтобы позже передать пациентов, поэтому допускал к сеансам. Вникнув в суть проблемы старшей дочери Аврорина, Эрих отказался от общения с отцом и его окружением.

— Ты помнишь, когда это началось?

— На похоронах бабушки. Мне было восемь лет. Зачем-то пригласили фотографа и снимали ее в гробу. Меня привлек процесс, но, когда я увидела всю экспозицию, упала в обморок, с тех пор стоит увидеть хоть что-то напоминающее о той странной фотосессии, меня накрывает леденящий душу страх. Это относится даже к белому цвету. Как я пойду под венец, если даже не могу примерить свадебное платье? Я не могу с собой совладать.

— Правильно ли я тебя понял: все началось со смерти бабушки, а после смерти матери вернулось?

— Да.

— То есть фотография и смерть как-то связаны?

Она с сомнением пожала плечами.

— Николь, подумай, и ответь. У тебя есть некрофобия?

— Что это? Боязнь смерти?

— Некрофобия — это патологический страх мертвецов. Человек испытывает ужас перед похоронными атрибутами. Обычно, фобия проявляется после смерти близкого родственника. В твоем случае после смерти бабушки.

Николь закивала, но потом на лице отразилось сомнение.

— Обморок был в восемь лет, до того я была на похоронах дедушки и все было в порядке, а вот фотографироваться я боялась сколько себя помню. Эрих, скажи, как внешне проявляется эта фобия?

— Одышка, учащенное дыхание, потливость, сухость во рту. Возможны тошнота, беспокойство или чувство тревоги.

— Не было ничего из перечисленного…

— А как протекал приступ?

— Мне казалось, что меня положат к бабушке в гроб и будут фотографировать.

На глаза накатились слезы. Николь вскочила, отошла к зеркалу, встроенному в деревянную панель над консолью и поправила макияж.

— Все это так неприятно и отвлекает от организации торжества. Свадьба пройдет в старинном замке, когда-то принадлежавшем семье Гектора, сейчас это музей. На свадьбе меня будут фотографировать, я до дрожи боюсь опозориться. Что подумают родственники Гектора? Они оказали мне честь, доверив продолжение их рода, а я буду убегать от фотографа, крича, что боюсь фотографироваться.

Эрих подумал, что, скорее всего, честь девушке оказали из-за многомиллионного состояния ее отца, но тут же признал, что Николь очень подходит на роль жены англичанина из знатного рода. Он с легкостью представил ее в окружении будущего мужа. Элегантная, воспитанная, с хорошими вкусом и манерами.

— Я уже трижды откладывала дату свадьбы. Конечно, всегда по уважительному поводу, но, если сделаю это еще раз, Гектор подумает, что я намеренно затягиваю процесс.

Оставалось загадкой, как она до сих пор скрывала свою фобию от жениха, увлекающегося фотографией, но уточнять Эрих не стал.

— Понимаю, — с сочувствием произнес он, и следом спросил: — А какой диагноз ставил мой отец?

— Фотофобия, но признавал ее немного атипичной.

— Как я понял, ты хочешь пройти у меня сеансы.

— Погрузи меня в гипноз. Выуди на поверхность то, что я могла забыть. Возможно, было что-то в раннем детстве. Если не найдешь… — она потупила взгляд, — тогда остается лишь одно: страх сформировался в прошлой жизни. Моя семья не верит в реинкарнацию, но ради Гектора я готова рискнуть и пройти через регрессию.

Эрих перевел взгляд на портрет семейства: отец, мать, сын и трое дочерей. Эта семья скрывала много тайн, и он боялся, что за фобией Николь таится то, что поставит его перед профессиональной и этической дилеммой.

 

Все книги на ЛитРес:

https://www.litres.ru/inessa-rafailovna-davydova/

Блог: https://zen.yandex.ru/inessadavydova

Вступайте в мои группы в социальных сетях:
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470