Мы слышим и видим только то, что делает нас счастливыми

Просмотров: 356

Из серии "Мистические истории доктора Краузе".

Как только Анисимова открыла дверь, Эрих понял, что она рассталась с очередным любовником. Волосы взлохмачены, глаза безумные, нос красный, как у Деда Мороза. Когда она нервничала, то расчесывала руки, а сейчас, смотря как Эрих снимает дубленку и разувается, скребла пальцы левой руки с такой силой, что сквозь кожу проступила кровь. Так она переживала только личные драмы, с остальными проблемами однокурсница разделывалась так же быстро, как и с проблемами обратившихся к ней за помощью пациентов.
Светлана провела его в гостиную и показала на единственное не заваленное ее личными вещами кресло. Эрих решил не форсировать разговор.

— Ты сделала ремонт?
Краузе подметил монохромный интерьер, новую мебель и черно-белые фотографии. Интерьер по-европейски минималистичен и функционален.
— Давно. Ты не был в этой квартире с моего сорокалетия, а прошло, между прочим, пять лет. Будешь чай? — ее голос звучал слабо, из чего Эрих сделал вывод, что расставание произошло совсем недавно.


Эрих согласился и тут же предложил свою помощь, но Светлана отмахнулась и скрылась на кухне. Он последовал за ней, в надежде отвлечь новостями из своей жизни. Но она слушала вполуха, почти не вставляла привычное: «Ничего себе» и раздражающие Эриха эксцентричные ремарки.
Свою исповедь она начала, когда опустели чашки, а нетерпение Эриха достигло максимальной планки.
— Мы с Арманом расстались.
— Когда?
— Позавчера.
— Почему? — Эрих отключил звук на мобильном, который не умолкал с момента неприятной встречи у ресторана. К бомбардировке звонками и сообщениями во все известные чаты подключилась Ева, доставая его нелепыми объяснениями.
— У него есть другая. Испанка. Они встречаются уже три года. Я приехала без предупреждения, хотела сделать сюрприз, а она открыла дверь. Представляешь, у меня нет ключа от его квартиры, а у нее есть. Она знала о моем существовании, а я нет.
— У таких пижонов в каждой стране по подруге и со всеми длительные отношения. Это удобно. Не надо тратиться на гостиницу и ужин в ресторане, к тому же секс обеспечен. В разлуке у женщины обостряются чувства, на это он и рассчитывает.
Анисимова подняла на него глаза и скривилась в болезненной гримасе.
— С чего ты взял? Ты даже его не знаешь! Если мы расстались, это не значит, что ты должен его в грязи извалять. От этого мне не легче.
Эрих извинился и мысленно пожелал себе скорейшего окончания дня. Видимо, сегодня звезды прочат ему лишь разочарование и промахи.
— Я сделал этот вывод из того, что сам видел и слышал от тебя. Красный спорткар, лощеная и броская внешность, хороший вкус в одежде. Анисимова, ты сама так его описала. Неужели ты думаешь, что такой типаж заинтересовал только тебя и что его можешь привлечь только ты. У него разъездной характер работы, он открывает часовые бутики по всей Европе. Конечно, ты не единственная.
Сначала она вспыхнула от гнева, но, подумав, тяжело вздохнула и опустила голову.
— Ты прав. Мы слышим и видим только то, что делает нас счастливыми, а реальность, порой такую красноречивую, в упор не замечаем. Сколько раз я это говорила своим пациентам, а сама поступаю так же.
— Если тебя утешит, я веду себя аналогично. Говорю каждому пациенту: «Сегодня вы приобретете мистический опыт, отправитесь в прошлую жизнь. Это очень волнительно и ни с чем не сравнимо». Но я понятия не имел, что это такое на самом деле, пока сам не погрузился в регрессию. Это взрыв гранаты. Ты собственноручно вытаскиваешь чеку и подрываешь все, на чем зиждится твое самоопределение. После регрессии в прошлую жизнь ты смотришь на мир глазами бессмертной души.
Оценив настроение подруги, Эрих понял, что философские беседы сегодня ей не интересны. Нужно было что-то предпринять, и он решил ее подбодрить:
— Света, ты ведь знаешь, что у тебя есть я, преданный друг, который всегда придет на помощь.
— Да, — она всхлипнула и бросилась ему на грудь.
Такой реакции Эрих не ожидал, на доли секунды опешил, но быстро взял себя в руки и обнял однокурсницу.
— Хочешь я этому кретину морду набью?
— А ты сможешь?
— Только скажи.
Она шмыгнула, а потом рассмеялась.
— Спасибо, ты всегда мог поднять мне настроение.
Через минуту Анисимова вспомнила, что ей так не терпелось ему рассказать, и метнулась в спальню за ноутбуком.
— Ты не поверишь, что я раскопала! — личная драма отступила, теперь в ее глазах играли лукавые искорки. — Ни за что не догадаешься!
Она открыла папку, сохраненную на рабочем столе, Эрих увидел фотографии психиатра Елены и издал протяжный стон.
— Только не про нее.
— Это бомба, Эрих! Теперь ясно, почему она вставляла тебе палки в колеса, но под моим натиском все же пошла с тобой на контакт.
Анисимова вывела на экран укрупненное фото их группы. Ткнула на девушку в очках с носом на пол-лица и спросила:
— Посмотри на нее.
Эрих сморщился, вспомнив, как сокурсница буквально не давала ему прохода. Над ее влюбленностью в группе потешались, а Эриха подначивали: «Пришло время осчастливить Жанну».
— Жанна-нос из баклажана.
— Это и есть Дуброва!
— Что? Нет! Дуброва по типажу напоминает Джиллиан Андерсон, даже манера говорить идентичная.
— Не удивлюсь, если она ставила такую цель перед своим пластическим хирургом. Кстати, он ее муж. Банальная история: сделал из дурнушки красавицу и влюбился.
Эрих все еще не верил, и она продемонстрировала ему промежуточные фотографии между операциями, которых, судя по фото, было не меньше десяти.
— Ринопластика. Блефаропластика. Ей исправили асимметрию лица. Липосакция. Грудные и ягодичные импланты.
— Откуда это у тебя?
— Встретила бывшую пациентку, разговорились, оказалось, она работает сейчас у ее мужа ассистенткой. Такого про него рассказала! — Светлана обхватила ладонями пылающее лицо. — Сплетни передавать не буду, но про Дуброву я обязана сказать. Эта стерва ненавидит тебя потому, что была безнадежно влюблена в институте, а сдалась под моим натиском потому, что я —  единственная, кто выручал ее на сессиях. Ты правильно сделал, что прервал ваши сеансы. Представь, как она злорадствовала, когда Елена пришла к ней на прием.
Эрих побледнел.
— Ты думаешь, она причастна к смерти Елены?
— Нет! Это абсурд. Зачем ей это? Она и так отыгралась. Смаковала ваши проблемы.
Они еще долго перебирали факты из институтского прошлого, а когда тема была исчерпана, Эрих в подробностях рассказал о сеансе регрессии у профессора Майера и выводах, которые сделал после увиденного под гипнозом и собранной информации.
— Зачем тебе знать где они захоронены? Хочешь пойти на их могилы?
— Интуитивно чувствую, что точки в этой истории еще нет.
— Как думаешь, Елена могла быть в жизни Франца?
Эрих покачал головой.
— Нет. Не думаю.
— Из чего следует, что она не твоя родственная душа.
— Выходит, так.
Когда он укоренился в этой мысли, Анисимова задала вопрос, который поверг его в шок:
— А что если твоя настоящая любовь еще впереди? Может, тебе есть смысл побороться за свою жизнь, кто-то там сверху расчистил место для истинной любви?
— Вот таким варварским способом? — опешил Эрих и в отрицании замотал головой.
— А что если это нужно было для Елены? Это ведь ее смерть, ее отработка. Ты многое пережил, приобрел опыт, сделал выводы и теперь по-настоящему готов к той, что придет.
— Я не рассматриваю такой вариант событий, — отмахнулся Эрих, — к тому же из-за убийцы Елены мне придется свести к минимуму социальные контакты.
Друзья проговорили до полуночи. Когда Эрих уже стоял перед дверью, готовый попрощаться, Анисимова спросила:
— Тебя что-то беспокоит? Ты места себе не находишь. Это из-за того, что я сказала о Елене? Прости, если обидела.
— Нет, это из-за Аврорина, — Эрих скривился от неприязни.
Анисимова много лет вела его как пациента, помогая разобраться в сложных отношениях с отцом и его окружением, поэтому Эрих осмелился рассказать, с чем ему предстоит столкнуться в ближайшие дни.
— Ко мне за помощью обратилась его дочь.
— Та самая дочь? — Анисимова сложила руки на груди и насупилась.
— Нет, младшая. Ее зовут Николь. Но я не удивлюсь, если она, как и Анна, подвергалась домогательствам со стороны отца.
— Она тебе как-то на это намекнула?
— Сказала, что причина может быть скрыта в раннем детстве, но я не уверен, что она имела в виду отца. До старшей дочери Аврорин добрался, когда ей было четырнадцать. А у Николь впервые проявилась фобия в восемь лет.
— Это ничего не значит, он мог совершать с ней какие-то действия, которые не укладывались в ее восприятие семейных отношений, отсюда и проблема.
— Что мне делать? Второй раз через эту грязь я не смогу пройти. Из-за этого урода я подрался с отцом. До сих пор эта кошмарная сцена стоит перед глазами.
— Эрих, тебе лучше отказаться от пациентки. Мы оба знаем, что бывает, когда дружки отца появляются на твоем горизонте. Ты еще не справился с потерей жены, плюс стресс от поиска убийцы. Как психолог, я не рекомендую тебе работать с Николь.
— Боюсь, если я откажусь, другого он к ней не подпустит и проблема Николь перейдет в психоз.
— Тогда действуй в рамках договора и установленных правил между пациентом и врачом. Но прошу тебя, Эрих, будь осторожен и старайся не контактировать с Аврориным.

Читать рассказы